Кто из нынешних молодых людей не отдал бы с радостью год жизни за счастье раскрутить свиток времени на пятьдесят лет назад и прожить год в романтическом прошлом Дикого Запада? За счастье увидеть великую Миссури, на берегах которой мирно пасутся бизоны, леса, где видимо-невидимо всякого зверья, где свободно ходят и охотятся краснокожие, ибо нет пока ни оград, ни даже намека на власть белого человека; там же, где она есть, ее представляют лишь редкие фактории, разбросанные в сотнях миль друг от друга, и люди запрягают лошадей, плывут на лодках или месяцами идут пешком, чтоб обменяться новостями.
Я первый заплатил бы десятикратную цену за удовольствие увидеть прошлое своими глазами, но, лишь прожив полвека, сообразил, что это чудо осуществимо и сегодня при значительно меньших затратах. Ведь не знающие цивилизации индейцы еще бродят по далеким девственным лесам и прериям и общаются с белыми только в факториях, не связанных между собой ни железной дорогой, ни телеграфом; бизоны, неуловимые для охотников и волков, гуляют на просторе, плодятся и размножаются. В этих краях — миллионы карибу и лосей, зато люди так же редки, как на Миссури в незапамятные времена. Но все это не Запад, а далекий Северо-Запад, вместо Миссури и Миссисипи там Пис и Маккензи, величавые полноводные реки, через тысячи миль катящие свои темные воды к молчаливому Ледовитому океану.
Эта мысль и побудила меня отправиться в шестимесячное путешествие на лодке. Я нашел то, что искал, и был вознагражден сторицей находками, о которых и не мечтал. Так библейский Саул искал пропавших ослиц, а нашел корону и великое царство.